(Екатеринбург)
ДИЕГЕТИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ РЕЦЕПЦИИ В ИНТЕРМЕДИАЛЬНОМ ПРОИЗВЕДЕНИИ («FAFARUŁEJ» Е. СОСНОВСКОГО)
В последние годы в интермедиальных исследованиях литературных произведений как полисемиотических структур акцент сдвигается на поэтику и методологию их изучения [Малкина, 2025] [Рыбалко, 2024] [Рыбалко, 2025].
С. К. Рыбалко вводит понятие «интермедиальный персонаж» – «это специфический субъект действия, творец (художник, скульптор, музыкант, актер и т. п.), создающий произведения других видов искусств внутри литературного текста и преобразовывающий структуру внутреннего мира произведения, делая его интермедиальным (включающим в себя несколько медиа, т. е. видов искусства)» [Рыбалко 2024, 35].
Однако, как кажется, в литературе встречается еще одна разновидность интермедиального персонажа – герой-реципиент, что уже было отмечено А. Агратиным при анализе чеховских интермедиальных произведений: «Нередко у Чехова главный герой не создатель картины, а реципиент» [Агратин 2020, 180].
Основная функция интермедиального реципиента – это восприятие произведений искусства внутри доминирующего произведения.
В связи с эти можно поставить такие исследовательские вопросы: является ли рецепция персонажа событием в нарратологическом смысле этого понятия? какова природа этого события – ментальная или хронотопическая? какова структура такого события? можно ли говорить о типах рецепции (во всяком случае, в интермедиальных произведениях)?
Ответить на эти вопросы попытаемся на материале романа Ежи Сосновского «Фафарулэй» (“Fafarułej”) [Sosnowski 2017a] <Далее ссылки на страницы этого издания приводятся в тексте в круглых скобках>.
Выбор романа был обусловлен следующими причинами.
Во-первых, это произведение, в котором отчетливо проявлены жанровые стратегии метаромана и романа становления, в данном случае – писателя, творца. Таким образом, герой подпадает под определение «интермедиального персонажа», приведенного выше.
Но одновременно с этим герой – еще и реципиент; его становление как художника-писателя происходит в значительной степени благодаря чтению книг, слушанию музыки, посещению спектаклей и кинофильмов, музеев и галерей.
Герой на протяжении сюжета воспринимает огромное количество самых разных медиа:
- художественные медиа – живопись, кинофильмы, классическая и поп-музыка (и ее презентация на сцене во время концертов), фотографии, театральные спектакли и читка пьес, архитектура и т. д.;
- нехудожественные медиа – передачи по ТВ и радио, философские эссе, религиозные ритуалы;
- наряду с профессиональными произведениями главный герой воспринимает и непрофессиональные: например, рисунки своего одноклассника Коткоффа;
- литературные произведения, о чем следует сказать отдельно. Чаще всего, это самостоятельный предмет исследований «текста в тексте». Однако для анализируемого нами романа восприятие героем литературы очень важно, и мы рассматриваем это явление как «метамедиальность» [Агратин 2020, 181].
Выбор романа для анализа обусловлен еще и тем, что на протяжении всего текста восприятие различных медиа героем, Ярко Вольским, претерпевает изменения – в дальнейшем можно проследить эволюцию становления не только персонажа-художника, но и персонажа-реципиента.
Роман усложнен тематизацией памяти. Ее палимпсестная структура передается при помощи путешествия героя по разным этапам своей жизни. Соответственно, интермедиальные фрагменты могут быть как в форме воспоминания героя, так и в форме события, происходящего в настоящем времени.
Значимость интермедиальности в романе «Fafarułej» усиливается метафикциональным и метанарративным характером произведения. Автобиографический контекст рассчитан на понимание не только тех читателей, кто знаком с автором биографическим, но и на всех иных; можно сказать, что это в какой-то степени «роман с ключом». Так, довольно простые подсказки читатель может обнаружить в имени героя (Ярко Вольский) и географии происходящих событий – район Варшавы Воля (см. заметки Е. Сосновского «География от сердца» о своем романе [Sosnowski, 2017b]).
Для ответа на вопрос, является ли диегетическая рецепция персонажа событием в нарратологическом значении [Корчинский 2022, 8–14], были выделены все «рецептивные» фрагменты романа; из них выбраны те, что удовлетворяют расширенному перечню характеристик события: 1) сингулярность; 2) фрактальность; 3) интенциональность [Тюпа 2021, 16]; а кроме того – 4) релевантность; 5) непредсказуемость; 6) консекутивность и 7) необратимость [Шмид 2008, 22–27].
Рецепция как событие изображена только в 21 эпизоде романа «Fafarułej». Анализ этих эпизодов позволил сделать следующие выводы.
- Событие рецепции – ментальное; это «преобразование интенциональной позиции субъекта сознательной жизни» [Корчинский 2022, 9]. Однако оно неразрывно связано с внешним условием «встречи» героя-реципиента с произведением искусства, опосредующим внутреннее преобразование – визитом в театр, чтением книги, прослушиванием концерта и т. д. «Нераздельность и неслиянность» этих двух процедур придают событию рецепции гибридный характер.
Так, в одном из эпизодов повествуется, как как Ярко, еще совсем маленький, смотрел спектакль в Театре юного зрителя; он помнил, что пьеса была о двух молодых людях, страстно влюбленных друг в друга еще в «допотопные времена». Их соединению мешали какие-то «странные случаи»: например, девушка была женой симпатичного властителя. Влюбленные временами тайно встречались и клали между собой меч. Это внешнее событие просмотра спектакля переживается героем эмоционально: «захватило его все это невероятно». Переживание, в свою очередь, становится стимулом для создания театральной куклы и подготовки собственного «Представления» (261–262).
Другой пример: Ярослав слушает пластинку с незнакомой музыкой (опера Вагнера «Тангейзер») – это внешний элемент рецептивного события; ощущает эту музыку как «красивую и грустную», «во время которой он сразу же начал воображать пейзажи <…>: леса с деревьями и мощными пнями, заснеженные горы над ними и едущий одинокий рыцарь» (428–429). Внутреннее переживание музыки становится причиной создания воображаемой картины, эстетическим восполнением услышанного.
Попутно отметим стереотипность модели музыкального восприятия «мелодия – визуальный образ». Так, в повести А. Чехова «Ионыч» Старцев, слушая музыку Котика, представляет, как с горы сыплются камни; в произведении В. Астафьева «Далекая и близкая сказка» Вася-поляк играет на скрипке, а герой-рассказчик представляет родниковый ключ, текущий из-под горы, Енисей, плот с огоньком и человека на нем; в детской повести Л. Матвеевой «Казаки-разбойники» главная героиня Любка слушает песню «По военной дороге…» и представляет двух военных, идущих по этой самой дороге.
- Модель рецептивного события – кластер, включающий набор мини-действий и их условий. К ним можно отнести хронотопические условия – место и время рецепции; описание реакции персонажа – физической или эмоциональной; акт воображения (визуальный образ); креативное действие (создание другого произведения искусства и т. п.); указание на то, как повлияла рецепция на дальнейшую жизнь персонажа и т. д.
Рассмотрим отдельные части сложного события рецепции персонажа в эпизоде, где Ярко в качестве министранта участвует в Пасхальной литургии.
Условие рецепции – хронотопическая часть события, собственно литургия и пение Exsultet («Да ликуют сонмы ангелов!»), во время которого Ярко испытывает определенную реакцию – «физическую дрожь восторга» и «эйфорию», акт воображения – «как будто в самом деле он был свидетелем воскресения Иисуса» (424–425). В этот момент включается креативное действие: «что-то в нем комбинировало горячечно», что он должен «попробовать использовать эти структуры (литургии – Е. К.) в литературном произведении» (425).
- Рецептивные события в зависимости от набора условий рецепции и мини-действий могут образовывать типовые группы.
Перцептивная – событие рецепции ограничивается собственно восприятием и изменением персонажа – ментальным или физическим, однако значительно не влияющим на дальнейшую судьбу героя. Такое событие удовлетворяет трем основным критериям событийности – сингулярность, фрактальность и интенциональность; остальные признаки в данном случае факультативны.
Так, например, рассматривание рисунков Коткоффа, одноклассника Ярко, доводит последнего до обморока как «идеального реципиента Искусства» (25), потому что юный художник рисует больничные ужастики с кровью, проломленными черепами и т. п.
На концерте группы ABBA, любимой героем, у него возникает ощущение потустороннего мира (на одном из знаменитых концертов ABBA на сцене появлялась лестница, по которой вверх (в «другой мир») уходят участники этой группы).
Агентная – вслед за рецепцией персонажа следует какое-то действие (воображаемое или реальное) или внедрение воспринятого в действительность. Так, совместный просмотр героем и его сестрой фильма «Love Story» открывает для него «притягательность такой ситуации, когда известный нам хит звучит в первоначальном контексте экранной фабулы <…> С той поры он начал воображать, что все известные ему песни происходят на самом деле из фильмов – которые требуется только придумать» (33), что герой в результате и делает дальше.
Или, например, чтение романа С. Лема «Астронавты» Лема вызывает отложенное впечатление, как героя втягивают окружающие его предметы. Он начинает воображать эту ситуацию, пока не представляет, что его втянул в себя знаменитый варшавский Дворец культуры и науки.
Один из самых интересных эпизодов – рассматривание героем живописных различных произведений Джорджо де Кирико и «Поезда в снегу» Клода Моне. Восприятие репродукций художественных полотен у Ярослав сопровождается мелодией, «которая дополняет эти дивные сцены» (383).
Креативный тип события рецепции – последующее придумывание собственного произведения (фильма, спектакля и т. д.), которое, в свою очередь, запускает новый виток рецепции других персонажей.
Так, в одном из эпизодов нарратор рассказывает, как Ярко сочиняет собственный спектакль после просмотра фильма «Айвенго» (1952) по роману Вальтера Скотта. В созданном героем произведении действовал персонаж, по имени Фишбин (Fiszbin). Восприятие спектакля бабушкой и сестрой героя описано в ироническом ключе, т. к. слово, которым назван герой этого спектакля, имеет второе значение – тонкий стержень для придания жесткости элементам женского белья.
Итак, акт рецепции персонажа в литературном произведении может быть изображен как событие. Это референтное событие носит гибридный характер (ментальная его часть неотделима от внешнего условия «встречи» с произведением искусства). Структура события рецепции усложнена; это комплекс мини-событий и условий их проявления, выступающий в тексте либо в полном, либо в усеченном виде. Событие рецепции может представать в одной из трех типовых форм – перцептивной, агентной или креативной.
Влияние этих событий на дальнейшую жизнь героя (что является одной из характеристик событийности) можно осознать только в контексте целого.
Главная функция диегетической рецепции персонажа – это осознание соотношения между искусством и жизнью.
Литература
Агратин А.Е.
2020 – Интермедиальные параметры чеховских сюжетов: литература перед лицом кризиса знаково-символической деятельности (на материале ранней прозы) // Вестник Томского государственного университета. Филология. 2020. № 66. С. 177–192.
Корчинский А.В.
2022 – Событие // Тезаурус исторической нарратологии. М., 2022. С. 8–14.
Малкина В.Я.
2025 – Интермедиальность в литературе: проблемы методологии // Новый филологический вестник. 2025. № 2 (73). С. 30–38.
Рыбалко С.К.
2024 – Интермедиальный герой/персонаж в литературе // Вестник РГГУ. Серия «Литературоведение. Языкознание. Культурология». 2024. № 3. С. 32–41.
2025 – Интермедиальный персонаж в рассказе Г. Гессе «Соната» // Новый филологический вестник. 2025. № 2 (73). С. 236–245.
Тюпа В.И.
2021 – Горизонты исторической нарратологии. М., 2021
Шмид В.
2008 – Нарратология. М., 2008.
Sosnowski J.
2017a – Fafarułej. Warszawa, 2017.
2017b – Geografia od serca // Jerzy Sosnowski. URL: https://jerzysosnowski.pl/2017/04/04/geografia-od-serca/ (дата обращения: 12.01.2026).